ikona
Тропарь
глас 4

Вознеслся еси во славе, Христе Боже наш, радость сотворивый учеником обетованием Святаго Духа, извещенным им бывшим благословением, яко Ты еси Сын Божий, Избавитель мира.

Кондак
глас 6

Еже о нас исполнив смотрение, и яже на земли соединив небесным, вознеслся еси во славе, Христе Боже наш, никакоже, отлучался, но пребывая неотступный, и вопия любящим Тя: Аз есмь с вами и никтоже на вы.

Евгения (Страгородская)

Журнал «Нижегородская старина»

Номер 8 за 2004 год

 

ИГУМЕНИЯ ЕВГЕНИЯ (СТРАГОРОДСКАЯ)

 

 

01Игумения Евгения (Страгородская)

  В русской истории найдется немало примеров, свидетельствующих о пренебрежительном отношении светской власти к духовенству и даже к Церкви. Не секрет, что гонения на Церковь прослеживаются на протяжении двух последних веков.

  Незаслуженно забытым оказалось и духовенство г. Арзамаса. Между тем, в духовной жизни арзамасцев оно оставило значительный след. Хлеб священнослужителей нелегок. Протоиереи и иереи, диаконы и иеродиаконы истово исполняли все церковные службы. Крестили, венчали, исповедовали, отпевали, молились, отпускали грехи. Читали проповеди, духовно просвещали горожан. Занимались благотворительностью, творили добро и милосердие. К ним шли за советом и за денежной ссудой.

  Чаще всего выходцы из крестьян, окончив духовную семинарию, они получали широкое по тем временам образование. Знали латынь, изучали богословие, философию, историю. Семьи священнослужителей отличались крепкими моральными устоями и семейными узами. Сыновья священников, окончив семинарии, шли служить в церкви. И так из поколения в поколение.

  В годы репрессий как никто они подвергались гонениям, уничтожению, расстрелам. И к слову сказать, в большинстве своем шли на мученическую смерть, не предав Бога и Веры. В ГУЛАГе оборвались жизни многих арзамасцев: иереев И. В. Сперанского, И. А. Веселовского, А. В. Сахаровского, иеромонаха отца Израила (в миру И. Н. Балагурова) и др.

  Продолжая традиции рода, несколько поколений Страгородских посвятили себя служению Церкви. Особый жребий монашенства выпал Ивану Николаевичу (патриарху Сергию) и Евгении Ивановне. Собранный материал посвящен памяти игуменьи Евгении (Страгородской) и ушедшему в прошлое миру Алексеевского монастыря, о котором современник сказал: «Сия община есть краса и венец всех женских Нижегородской епархии монастырей…»

  Легкой и безмятежной ее жизнь не назовешь. Традиционно дочери священников становились женами иереев или диаконов. Но ей была уготовлена другая доля. Она была старшей дочерью отца Иоанна.

  Иван Дмитриевич Страгородский священствовал 72 года. Духовная деятельность была разнообразной. Он был и простым сельским батюшкой, и благочинным, и цензором проповедей, и духовником местного духовенства. Тридцать два года прослужил протоиереем Воскресенского собора. Вел богослужение даже в весьма преклонном возрасте. И лишь чувствуя слабость сил и зрения, был уволен за штат в 93 года. Имея скудные доходы, с женой Пелагеей Васильевной воспитал троих детей.

  В 1844 году родители отдают 11-летнию Евгению на воспитание в Николаевский женский монастырь. Чтению, письму, рисованию она выучилась дома. В числе других воспитанниц она училась Закону Божьему, Псалтирю, утренним и вечерним молитвам. По два часа в день девочек обязательно учили рукоделиям. Вначале — канвовой вышивке, а более сложному шитью — золотом, синелью, жемчугом — обучали опытные мастерицы.

  Николаевский женский монастырь располагался за белой каменной стеной, выходившей на шумную торговую площадь. За его стенами шла своя, не похожая на мирскую, жизнь. Монастырь славился древними чудотворными иконами, особой строгостью и ремеслами. Рясофорные послушницы нечасто покидали монастырь. Известен лишь случай, когда послушница Лидия Васильева, отпросившись полоскать белье на реку Тешу, в монастырь не возвратилась. Через несколько дней она объявилась в семье своего отца, ардатовского дьячка. За непослушание была отчислена из монастыря.

  По традиции в монастыре находили приют богомольцы и странники, которые шли на богомолье в Саров, Киев, Почаев. Здесь они находили бесплатный стол и кров. Девочка слушала рассказы странниц. Так происходило ее знакомство с христианским миром, его святынями и чудотворными мощами.

  В 1851 году она в возрасте 21 года по благословению родителей была пострижена в рясофор Епископом Арзамасским и Нижегородским Иеремеем (И. И. Соловьевым), это произошло в храме небесного покровителя монастыря. К этому времени она познала, что монашество — это тяжелый физический и умственный труд. В 1857 году она по указу консисстории и своему желанию переводится в Алексеевский монастырь, к тому времени многочисленный и тесный. Но желание видеть отца, который служил там протоиереем, быть ближе к нему и матери было велико. Последующие двадцать лет она будет исполнять главное послушание мастерицы золотного шитья, шелковых и синельных работ, а позднее займется приемом заказов и распределением занятий.

  Год 1877 будет знаменательным в ее судьбе. Указом консистории она назначается казначеею, а через два года становится начальницей монастыря. В Арзамасском архиве сохранился баллотировочный лист на ее избрание. Имя Евгении Страгородской было в числе других претенденток: крестьянской девицы Просковьи Шапошниковой и купеческой дочери Евдокии Жирновой. Она набрала наибольшее число избирательных шаров — 34 — и была избрана.

  К сожалению, о ее подвижничестве мало известно. Основную славу и труды по утверждению и упрочению общины приняли прежние настоятельницы — О. В. Стригалева, М. П. Протасьева, М. П. Пирожникова, В. С. Вольронд. К этому времени все три церкви монастыря были отстроены и составляли единый ансамбль. Благодаря стараниям, смекалке, расчетливости настоятельниц храмы были украшены, а монастырь был превращен в религиозно-хозяйственную общину.

02Арзамасский Алексеевский монастырь

  Став начальницей обители, матушка Евгения приняла на себя всю тяжесть материальных забот и вскоре превратила ее в первоклассный монастырь, известный за пределами епархии. К этому времени в общине было несколько корпусов, стряпущая, красильня, амбар, коровий двор, каретник, телятник, 4 ледника и чудо гидротехники — каменный колодец. Все здания монастыря были обнесены каменной стеной в 399 сажен с 5-ю башнями и 4-мя воротами. Матушка Евгения занималась хозяйственной деятельностью по поновлению и ремонту обветшалых зданий крыш, печей. При ней была выстроена башня по примеру существующих на углу улиц Алексеевской и Ступина. В Петербурге по Выборгскому шоссе, 13 в монастырском подворье, где читалась надгробная псалтирь, задумывалось строительство часовни или храма. У монастыря имелось подворье в Нижнем Новгороде, хутор в Пешелани, две мельницы, одна водяная в деревни Беляево, лавка в Гостином ряду, и два завода. Один из них на городской земле, другой, кирпичный, у Всехсвятского кладбища выпускал до 160 тыс. шт. кирпичей в год.

  За монастырем закреплены были земли близ села Чернуха, «Соломенная гора» у деревни Терюшево, в селах Пешелань, Арать, Гремячево, Майна. Всего земель пахотных, с лесом, кустарником и взятых в аренду за монастырем числилось около 1350 десятин.

  3 января 1898 года матушку Евгению единогласно избрали игуменьей. Она сохранила правила общения и строгость монастырских нравов. При ней действовал монастырский совет из благочинной и казначеи. Если казначея ведала финансовой деятельностью, благочинная следила за нравственностью и общим порядком в общине. В монастырь принимались женщины, вдовы и девицы разных сословий «весьма хороших качеств, склонных к монастырской жизни, не бывших под судом и следствием».

  В 1910 году в общине проживало 805 сестер, из них указных 190, монахинь 68. Были среди них пожилые и совсем юные. Иные жили по 20-30 лет, выкупая кельи. Среди них были петербургские дворянки и московские купчихи. Поступавшие в монастырь неграмотные крестьянские девушки обучались грамоте и рукоделиям.

  Как протекала повседневная жизнь монастыря? Все, включая игуменью, за исключением престарелых и больных, исполняли послушание. Монахини служили в ризничной, в просвирне, читали псалтирь, правила, синодики, пели на клиросе, звонили, кадили, служили в церковно-приходской школе, в больнице, в аптеке. Работали на огороде, мельнице, в лавке, бондарной, хлебопекарне, квасоварне, стряпущей, ухаживали за пчелами и выполняли самые различные работы.

  Как складывались капиталы монастыря? Были пожертвования «на вечное поминание», завещались деньги, дома, земля, занимался монастырь и сдачей в аренду земель. По примеру других матушка Евгения закупала ценные бумаги, имея вклады в банках. Не последнюю роль играли личные связи игуменьи с московскими и петербургскими знакомыми. Появились жертвователи — Бетлинг, Рукавишниковы, Рудневы. Вырос и общий капитал в банке.

  Доход общине давали и различные ремесла, в том числе изготовление бумажных и восковых цветов, фруктов, украшение стеклянных изделий, вязание шерсти, прядение. Но основной доход и славу приносила золотошвейная мастерская, где производились ризы, воздуха, плащаницы, покровы и другие предметы церковного потребления.

  Для монастырских рукоделий делались ежегодно необходимые заказы на золото, фольгу, золотую, серебряную, цветную бумагу. Закупали шелковые ткани: канаус, фулер, термаламу, ажур. В большом ходу были бархат и глазет. Последний шел на приготовление литургических облачений, воздухов, пелен и покровов. Ткани и нити закупали у московских фабрикантов Ионова, Алексеева, Попова, братьев Макаровых.

  Шили шелками, бисером, шерстью, синелью, жемчугом. Золотных мастериц было 50, фольговых — 20. За плащаницу и хоругви для храма Христа Спасителя в Москве игуменья Евгения в 1884 году удостоилась золотой медали на Александровской ленте. За фольговые и мелко-золотошвейные работы, представленные на Нижегородской кустарно-промышленной выставке в 1885 году, эксперты присудили общине бронзовую медаль. Менее были развиты в монастыре живопись и золоточеканное мастерство.

  Деятельность сестер, их трудолюбие, развитие ремесел, умелое руководство игуменьи Евгении способствовали образованию крепкой религиозно-хозяйственной общины. Все делалось руками насельниц, монастырь содержал лишь 15 человек наемных.

03Надгробие игумении Евгении (Страгородской)

  Для духовных потребностей в монастыре матушкой Евгенией была устроена библиотека. В нее вошли книги по истории Церкви, поучения и творения святых, жизнеописания подвижников, журнал «Русский инок». Хранил монастырь и огромное художественное богатство: древние чудотворные иконы, серебряные сосуды, — а также святые мощи. О достопримечательностях монастыря свидетельствует акт имущественной описи 1926 года. К вывозу из монастыря подлежали скульптурная группа «Положение во гроб» (местная работа 1776 года), скульптура «Христос в темнице» и круглый резной алтарь с иконами на хорах.

  Занималась община также благотворительностью и милосердием. На воспитании в монастыре находилось 15 сирот, а на содержании — заштатные священники и их жены.

  Сама игуменья Евгения была почетным членом общества Святой Нины, братства Святого Георгия и Преподобного Сергия. Целью последнего было оказание помощи нуждающимся учащимся духовного училища. За учреждение второклассного женского училища в приходе монастыря матушка Евгения была удостоена награды Святейшего Синода. Награждена она была также золотым наперсным крестом и палицей. В 1896 году 16 апреля в возрасте 63 лет она была пострижена в мантию с сохранением прежнего имени Евгения.

  90-е годы были сложными в жизни обители: приходилось заниматься судебными делами по вкладам. Большие потери понес монастырь от двух разрушительных пожаров. Игуменье Евгении надо было быть суровой, а порой и жесткой, чтобы сохранить материальное благосостояние общины. Без сожаления расставалась она с нарушителями спокойствия и монастырского устава.

  В 1897 году скончался младший брат игуменьи Петр, в 1901 году не стало отца, а потом и матери. Их потеря принесла ей много горя. Приближались старость и неизбежные недуги. На сохранившейся фотографии начала века игуменья Евгения запечатлена в черной мантии с посохом в руке и усталым, несколько суровым выражением лица. Но благодаря Промыслу Божьему дни текли за днями в непрерывных трудах, заботах и молитвах. А в светлые христианские праздники лица насельниц монастыря светлели, и ноша игуменьи казалась не так уж тяжела. Несла же она ее до самой кончины.

  В 1913 году в ее послужном списке отмечено последнее важное событие. Она была принята во дворце Ее Императорского Величества. Умерла матушка Евгения весной 1914 года. Похоронена была на монастырском кладбище рядом с отцом Иоанном. На поруганном надгробии из черного камня с усеченным крестом еще можно прочесть надпись: «Под сим крестом покоится Алексеевского монастыря приснопамятная Игумения Евгения. Скончалась 27 апреля 1914 года на 81 году. Управляла обителью 35 лет».

 

Старший научный сотрудник

Историко-художественного музея города Арзамаса

С. ФИЛИППОВИЧ

 
 
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика
Создание сайтов, продвижение сайтов
Студия Level Up